Wednesday, May 24, 2017

Социализм и коммунизм в американских судебных делах 19-ого века


Отношения американских судов 
девятнадцатого века
к социализму и коммунизму

Эрон Джордан
(2006 г.)

I.
Введение
            Эта статья рассматривает следующий вопрос: как относилась американская юриспруденция девятнадцатого века к социализму и коммунизму?  Более конкретно, что писали американские судьи в своих судебных решениях, если вообще писали что-нибудь, об этих политических философиях?
            Ответ на этот вопрос оказался очень простым.  Те судебные решения, которые выразили мнение о социализме или коммунизме, без единого исключения, относились к ним негативно.  Чаще всего, как будет показано ниже, американские судьи усматривали в социализме и коммунизме либо угрозу американскому образу жизни, либо несовместимость с американским конституционализмом и американской формой правления.  Не было ни одного дела, которое толковало бы американские законы так, чтобы одобрить социализм или коммунизм в качестве приемлемой политической системы.
            Пожалуй, этот ответ не удивителен, ведь защита права на частную собственность была одной из главных целей американских отцов-основателей, когда они составляли американскую конституцию.[1]  Суть же социализма и коммунизма, по Марксу и Энгельсу в Коммунистическом манифесте 1848 года, заключалась в упразднении частной собственности.[2]
            Тем не менее, эти судебные дела открывают уникальный политический и юридический склад ума среди американских судей того периода.  Девятнадцатый век был апогеем экономического либерализма в США.  Эти судебные дела не только помогают историку или законоведу лучше понять, почему социализм и коммунизм практически не находили никакой поддержки в США в девятнадцатом веке.  Они также примечательны тем, как резко они отличаются от сегодняшних настроений большинства современных американцев по отношению к таким вопросам, как перераспределение частной собственности и обеспечение правительством программ по общественному благосостоянию.
            Девятнадцатый век был уникальным периодом, когда американские судьи толковали законы так, чтобы сильно ограничивать степень вовлеченности правительства в экономическую жизнь страны, и чтобы ревностно защищать права американских граждан на частную собственность.  Поэтому в социализме и коммунизме американские судьи усмотрели полную противоположность главных завоеваний американской революции: таких, как право на частную собственность, равенство перед законом (т.е. равенство перед Богом или равенство возможностей, в отличие от равенства результатов), ограниченное правительство, свобода индивида определять свою судьбу без излишнего вмешательства со стороны правительства, и т.д. и т.п.  С такой точки зрения, американские судьи могли смотреть на социализм и коммунизм только враждебно.
Методология
            Современные компьютерные поисковые системы позволяют разыскивать слова в американских судебных делах за весь период американской республики, с 1776 г. до настоящего времени.  Мы искали английские эквиваленты следующих шести слов: «социализм», «социалист», «социалистический», «коммунизм», «коммунист» и «коммунистический».  Поиск охватил все имеющиеся судебные решения, которые вышли до 1900 г.: и федеральные решения, и решения из штатов, и аппеляционные решения, и решения из судов первой инстанции.  Надо добавить, однако, что решения из судов первой инстанции редко публикуют в официальных сборниках судебных решений, поэтому почти все результаты представляют собой решения аппеляционных судов.[3]
            Предварительный поиск обнаружил 82 дела.  Однако, в 19 из этих 82 дел ключевое слово либо находилось не в самом решении суда, а где-то еще, например в аргументе адвоката или в заголовке дела, либо использовалось в качестве имени собственного вместо имени нарицательного.  Кроме того, в оставшихся 63 делах были решения, которые упоминали о социализме или коммунизме, но либо не выражали никакого мнения о них, либо просто цитировали какое-то другое дело, не добавляя никаких своих собственных комментариев.  Таких дел мы насчитали 26.  Таким образом получилось, что остальные 37 дел составили главные материалы для нашего исследования.
            Следует также отметить, что в этой статье мы просто делаем обзор различных высказываний о социализме и коммунизме американскими судьями девятнадцатого века в их официальных решениях дел.  Мы не анализируем ни политических философий, ни позиций американской юриспруденции по делам о собственности.  Правда, эта статья затрагивает эти темы, но только потому, что эти темы касаются самих понятий социализма и коммунизма, и также потому, что судьи сами писали об этих вопросах, когда упоминали о социализме или коммунизме в своих решениях.  Эти темы просто обеспечивают контекст для главной темы этой статьи.  Было бы ошибочно опираться лишь на эту статью, чтобы анализировать американскую политологию или широкую американскую юриспруденцию о собственности.
            Поскольку это описательная статья скорее чем аналитическая статья, большие отрывки в этой статье являются переведенными цитатами из тех судебных дел, которые мы исследовали.
Структура
            Особенно хорошим примером, относящимся к теме этой статьи, является одно дело из Миннесоты.  Суд в этом деле не только выразил мнение о социализме, но также очень хорошо описал более общее положение американской юриспруденции того периода.  В частности, это дело подробно анализирует два аспекта американской юриспруденции: (1) надлежащие ограничения так называемой «полицейской власти», и (2) понятие «общественных работ», или, как суд сам называл их, «работ общественного улучшения».  Анализ в этом деле типичен для американских судов девятнадцатого века и рисует широкий контекст, в котором надо понимать другие дела, рассмотренные в этой статье.  Поэтому мы сначала рассмотрим это дело досконально в Части II.
            Другое дело из федерального аппеляционного суда округа Колумбии (город Вашингтон) хорошо отражает умонастроения американских судов того периода по поводу перераспределения частной собственности.  В частности, в этом деле говорится о субсидиях, но логику мышления в этом деле можно применить в более широком контексте перераспределения частной собственности ради общественного блага.  Мы рассмотрим это дело в Части III.
            В части IV излагается краткий обзор всех 37 дел, представляющий общую картину о том, как американские судьи девятнадцатого века воспринимали социализм и коммунизм.
            Наконец, Часть V содержит краткое заключение.
II.
Дело Рипп против Бэкера
Пороки Государственного Элеватора
            В 1893 г. законодательный орган штата Миннесота произвел законодательный акт, приказывающий членам Комиссии по железной дороге и складам установить зерновой элеватор и склад вдоль гавани Дулут в бухте Сент-Льюис.  Комиссия должна была найти подходящее место, купить землю и курировать строительство проекта.  Элеватор и склад должны были иметь вместимость в полтора миллиона бушелей зерна, и законодательный орган ассигновал $200.000,00 из казны штата на завершение проекта.
            Акт детально определил, как элеватор и склад должны функционировать.  Акт описывал и количество зерна, которое можно там хранить, и цены, которые можно требовать за хранение, перевоз, взвешивание и инспекцию зерна.  Акт даже приказал членам Комиссии сохранять копии разных публикаций о ценах на зерно и хозяйственные товары на различных рынках мира.  Такие публикации должны были быть доступны общественности, и члены общества должны были иметь возможность подписываться на еженедельный бюллетень, содержащий информацию о ценах.  Акт далее уполномочил членов Комиссии отправлять образцы миннесотского зерна на иностранные рынки по всему миру, чтобы выяснить его рыночную стоимость и сравнить зерновые рынки в Миннесоте с другими рынками.
            Формулировка цели этого акта заключалась в том, чтобы «предотвратить монополизацию и несправедливый контроль над сельскохозяйственными продуктами на рынках штата».[4]
            Некий Генри Рипп подал на Комиссию в суд и попросил суд запретить строительство элеватора и склада.[5]  Суд первой инстанции вынес решение в пользу Комиссии, и Г-н Рипп подал аппеляцию в верховный суд Миннесоты.[6]
            Перед верховным судом Г-н Рипп утверждал, что акт был неконституционным по нескольким причинам, одна из которых касалась положения из миннесотской конституции, которое гласило, что «штат никогда не залезет ни в какие долги за работы внутреннего улучшения, и никогда не будет участником в таких работах».[7]
            Члены Комиссии представили два аргумента.  Во-первых, они утверждали, что проект был санкционирован в качестве вспомогательного средства применения полицейской власти штата регулировать взвешивание, инспекцию и хранение зерна.  Во-вторых, они утверждали, что элеватор и склад не квалифицировались как «работы внутреннего улучшения», кой термин относился «только к путям сообщения и коммерции, таким как дороги, мосты, железные дороги, каналы, реки, и т.п.».[8]
            Верховный суд Миннесоты начал правовое обоснование своего мнения с краткой характеристики дела: в двух словах, построением зернового элеватора, штат именно хотел заниматься бизнесом.[9]
            Суд затем приступил к анализу двух вопросов: надлежащие пределы полицейской власти и само понятие «работ внутреннего улучшения».
Пределы полицейской власти.
            Суд перефразировал первый аргумент членов комиссии таким образом:
«что касается права штата регулировать подобный вид деятельности при помощи полицейской власти, то позиция стороны ответчика на самом деле сводится к следующему: всегда, когда стороны, вовлеченные в любой вид деятельности, имеющий отношение к интересам общественности и тем самым являющийся субъектом правительственного регулирования, не предоставляют общественности надлежащие и разумные услуги, штат имеет право, в качестве регулирования этого вида деятельности, на вмешательство в него и предоставление общественности обслуживание высшего качества за благоразумную плату или, посредством подобной внутриштатной конкуренции, на вынуждение других сторон поступать таким же образом».[10]
            Если эта формулировка аргумента членов комиссии сама по себе не открывала экономический склад ума суда, то ответ суда на этот аргумент не оставлял никаких сомнений.  Суд рассуждал, что такая логика приведет к «потрясающим результатам», потому что штат мог бы очень легко использовать цепочку рассуждений членов комиссии, чтобы построить не только один, а двадцать таких элеваторов и складов или оправдать свой вход во много разных предприятий, в том числе железные дороги, извозные промыслы, ломбарды, спиртоводочные и пивоваренные заводы, и даже салуны.[11]
            Суд рассуждал: «Полицейская власть штата регулировать какой-либо бизнес не включает в себя власть заниматься им.  Полицейское регулирование должно осуществляться ограничениями, наложенными на бизнес, и принятием правил и норм о способе его ведения.  Хотя юристы континентальной Европы иногда подразумевают под термином “полицейская власть” все правительственные институты, которые учреждаются общественными средствами для продвижения общественного блага, в американском конституционном праве этот термин понимается просто как власть правительства навязать на частные права те ограничения, которые необходимы для всеобщего благосостояния, и является лишь властью приводить в исполнение максиму “Sic utere tuo ut alienum non laedas.”[12]
            На основе этого принципа суд заключил, что законодательный орган штата преступил пределы своих надлежащих полицейских полномочий, когда он попытался заниматься безнесом на собственных зерновых элеваторах.
Работы внутреннего улучшения.
            Хотя вышеуказанное рассуждение о полицейской власти было в глазах суда достаточной причиной для аннулирования законодательного акта, суд все-таки на этом не остановился.  Он продолжил изложение своего мнения и провел анализ второго аргумента членов Комиссии относительно «работ внутреннего улучшения» под миннесотской конституцией.
            Суд в некоторой степени согласился с аргументом членов Комиссии по этому вопросу, объясняя, что в ранние годы формирования государства термин «работы внутреннего улучшения» относился большей частью к путям сообщения и коммерции, таким как дороги, платные магистрали, каналы, постройки на реках и в гаванях и т.д.[13]  Обоснование для такого узкого толкования  этого термина было двоякого рода.  Во-первых, американский народ считал эти проекты жизненно важными, что оправдывало правительственное вмешательство в них в тех случаях, когда это не удавалось частному предпринимательству.  Во-вторых, «была тенденция, гораздо больше чем сейчас, ограничивать функции правительства теми делами, которые были необходимы, чтобы гарантировать обладание правами на жизнь, свободу и собственность».[14]  Таким образом, примерно в период с 1820 г. по 1850 г., работы внутреннего улучшения относились к платным магистралям, каналам, постройкам на реках и в гаванях, и, пожалуй, к железным дорогам, «потому что это были единственные работы, общественные и внутренние по своей природе, которые, как предлагалось, федеральное правительство должно предпринять.  То же самое относилось и к правительствам штатов.  Строительство дорог, каналов и т.п.—это были единственные работы внутреннего или общественного улучшения, за исключением работ, требуемых в исполнении исключительно правительственных функций, которыми они занимались».[15]
            Суд объяснил, что именно высокая общественная важность путей сообщения и коммерции заставила много людей считать их частью категории правительственных функций, которые «необходимы для обеспечения жизни, свободы и собственности».  Однако суд добавил, что правительственное обеспечение путей сообщения и коммерции на самом деле было исключением из общего правила, утверждавшего, что «кроме [этого исключения] предполагалось, что было неправильно и неправомочно, чтобы штат предпринимал какие-нибудь общественные улучшения, кроме тех, которые строго касались его надлежащих правительственных функций».[16]
            Исторический анализ суда дальше объяснил, однако, что и это исключение вышло из-под котроля в первой половине девятнадцатого века.  В то время многие штаты, откликаясь на острую нужду народа в путях сообщения и коммерции, сами взялись за обеспечение этих путей, тем самым расходуя огромные суммы денег и иногда влезая в массивные долги.  Результатом стали «финансовые бедствия, банкротства, и даже отказ штатами уплатить долги».[17]
            В качестве примера получившихся в результате этой практики бедствий, суд ссылался на «великий финансовый крах 1836–37 гг.».[18]  Из этих бурных переживаний штаты извлекли жестокий экономический урок.  Следовательно, штаты стремились посредством закона упразднить это исключение из правила и тем самым предотвратить возможное повторение своей ошибки в будущем.
            «Опыт продемонстрировал, что такие предприятия не могут быть экономически обоснованы или прибыльно и благоразумно администрированы правительством.  Поэтому многие штаты не только предусмотрительно прекратили свои работы общественного улучшения, но и, ввиду своего горького опыта, внесли в свои конституции статьи, запрещающие правительству заниматься такими предприятиями когда-либо в будущем.  Явная цель заключалась в том, чтобы вернуть все такие работы в руки частного предпринимательства и защитить гражданина от налогов, связанных с такими работами.  Эти статьи были включены народом в народные конституции в качестве предостережения против неблагоразумных действий законодательных органов или даже самого народа, когда в случае инфляции или популярного волнения они испытают искушение проводить работы общественного улучшения, не желая ждать результата развития частного предпринимательства».[19]
            Таким образом суд согласился с аргументом членов комиссии, что конституционный запрет против работ внутреннего улучшения был составлен сначала для того, чтобы запретить штатам строить «дороги, каналы, реки и другие пути коммерции».[20]  Тем не менее, суд не капитулировал.  Суд добавил, что он не мог найти никаких дел, ограничивающих определение термина «работы внутреннего улучшения» к путям сообщения и коммерции.[21]  Суд мимоходом отметил, что в принципе можно представить предложенный зерновой элелватор как предприятие, которое связано с путями сообщения и коммерции, но суд так не поступал.  Вместо того, суд сразу же отказался ограничить термин «работы внутреннего улучшения» только к путям сообщения и коммерции.[22]
            После обсуждения судебных дел из Небраски, Канзаса, Мичигана и Верховного суда США, Верховный суд Миннесоты заключил, что работы внутреннего улучшения относятся к «любым работам, считающимся достаточно важными, чтобы правительство их проводило».[23]
            На это поразительное заключение надо обратить особое внимание.  Другими словами, суд сказал, что если проект считается достаточно важным и оправдывающим правительственную инициативу, то в этих случаях правительству как раз и запрещается его предпринимать.
            Единственные исключения—это «те проекты, которые используются исключительно штатом для самого штата как суверена, в исполнении его правительственных функций: такие проекты, как капитолий штата, университет штата, тюрьмы, исправительные заведения, психиатрические больницы, здания для карантина, и т.п., ибо образование, предотвращение преступности, благотворительная помощь и здравоохранение представляют собой признанные функции правительства штата».[24]
            Так сформулировав конституционное правило, верховный суд отменил решение суда первой инстанции и аннулировал закон.[25]
            Суд оправдал свое решение объяснением  опасностей слишком узкого толкования конституционного запрета на общественные работы.  «Далеко идущие последствия применения этого конституционного воспрещения только к путям сообщения и коммерции можно легко предвидеть.  Оно бы давало волю штату, посредством его законодательного органа, в каждый период инфляции или волнения взяться за всякий вид предприятий, сочтенных общественно полезными, но находящихся вне легитимных правительственных функций штата.  Оно позволяло бы штату не только строить зерновые элеваторы, а также заниматься всякими проектами, например, канализацией, ирригацией, развитием гидроэнергии, построением общественных мукомольных заводов, общественных маслобоен и сыроварен, учреждением скотобаз и мясокомбинатов и другими подобными предприятиями, почти без ограничений.  Безусловно, такие предприятия, проводимые за счет налогоплательщиков штата, входят в категорию бед, предусмотренных конституцией в той же мере, в какой и строительство шоссе в коммерческих целях; и есть даже меньше оправдания для этого, ибо общественные шоссе являются объектами более общей общественной важности, и индивидуальное предпринимательство менее способно, без посторонней помощи, обеспечивать их».[26]
Правило поглощает исключение.
            Исторический анализ и правовое обоснование верховного суда Миннесоты выявляют интересную тенденцию в американских отношениях в девятнадцатом веке к государственным предприятиям.  Суд объяснил, что изначальное правило в Америке заключалось в том, что правительство, либо на федеральном уровне, либо на уровне штатов, не должно заниматься общественными работами вовсе; однако, было два исключения из этого общего правила, отражающие два разных вида общественных работ.  Первое исключение покрывало общественные проекты, которые были абсолютно необходмиы для функционирования правительства и которые правительство более или менее удерживало для самого себя, то есть, «общественные улучшения, которые используются исключительно штатом и для штата как суверенной корпорации».[27]  Второе исключение предусматривало проекты, которые не удерживались или использовались правительством, но считались такими важными и необходимыми для общества, что правительство было бы оправдано обеспечивать их тогда, когда это не удавалось частным предпринимателям.  Дело Рипп против Бэкера оставило общее правило и первое исключение нетронутыми, но отвергло второе исключение.
Хранители конституционного управления.
            Следует также отметить, что в умах судей, написавших решение по делу Рипп против Бэкера, американская форма конституционного правления в общем и миннесотская конституция в частности предоставляли строгий мандат, запрещавший такие общественные работы.  Другими словами, эти судьи не выступали как активисты, выставлявшие свои личные политические взгляды под видом конституционного права.  Наоборот, они усмотрели такую политическую философию именно в самой конституции своего штата, а также в американской истории и практике.
            «Было время, когда подход заключался в том, чтобы ограничивать функции правительства в пределах того, что было строго необходимо для гарантии прав на жизнь, свободу и собственность.  Старая джефферсонская максима заключалась в том, что та страна управляется лучше всего, которая управляется меньше всего.  А в настоящее время вся эта тенденция пошла в другом направлении, к социализму и патернализму в правительстве.  Пожалуй, эта тенденция в некоторой степени естественна, даже неизбежна, так как плотность населения все более повышается, и общество стареет и становится все более сложным в своих отношениях.  Но мудрость такой политики не для судов.  Воля народа превыше всего, и если народ хочет принять такое изменение в теории государства, у него есть право так поступить.  Но для того, чтобы осуществить такую перемену, народ должен поправить конституцию штата.  Нынешняя конституция не была составлена ни по каким таким линиям мышления».[28]
            Действительно, в конце своего решения суд отдал должное принципу судебной сдержанности и надлежащим правомочиям законодательного органа, но оправдал свое решение той максимой, что даже избранные представители народа не могут превзойти ограничения, установленные конституцией штата.[29]
III.
Дело Соединенные Штаты по просьбе Компании Майлз по Насаждению и Производству против Карлайла
            Законодательным актом по названию «Законопроект Маккинли», который вступил в силу 1 октября 1890 г., Конгресс США предоставлял субсидии производителям сахара.  По этому закону, комиссар по налоговому управлению должен проводить инспекцию каждого производителя сахара, чтобы определить, сколько денег производитель должен получить из казны; комиссар затем должен передать эту информацию министру финансов США, который видимо должен платить производителю.
            Компания Майлз по Насаждению и Производству, производившая сахар в штате Луизиана, получила все необходимые лицензии, но так и не получила никаких субсидий.  Вследствие этого она подала иск в суд и просила произвести судебный приказ, заставляющий должностное лицо выполнить требования истца (“writ of mandamus”).  Ответчиками были Джон Г. Карлайл, министр финансов США, и Джозеф С. Миллер, комиссар по налоговому управлению.  Суд первой инстанции отверг прошение истца, и истец подал аппеляционную жалобу в федеральный аппеляционный суд округа Колумбии (город Вашингтон).
            Один из аргументов ответчиков заключался в том, что данный закон нарушает конституцию США.  Суд согласился, придя к заключению, что такие субсидии нарушают федеральную конституцию.
            Суд сначала процитировал другое дело из верховного суда США: «Надо признать, что есть права в каждом свободном правительстве, находящиеся за пределами государственного контроля.  Правительство, которое не признает таких прав, которое во все времена подвергает жизни, свободы и собственность своих граждан абсолютному распоряжению и неограниченному контролю даже самого демократического органа власти, все же является лишь деспотизмом многих—то есть деспотизм большинства, если угодно; но тем не менее это деспотизм. . . .  Теория наших правительств, на уровне штатов и на федеральном уровне, противится концентрации неограниченной власти в одних руках.  Исполнительные, законодательные, и судебные ветви этих правительств имеют ограниченные и определенные полномочия.  Есть ограничения на такую власть, произрастающие из существенного естества всех свободных правительств.  Есть подразумеваемые оставления за собой индивидуальных прав, без которых общественный договор не может существовать, и которые уважаемые всеми правительствами, достойными назваться свободными. . . .  Наложение одной рукой власти правительства на собственность гражданина, и другой рукой дарование ее привилегированным индивидам, чтобы помогать частным предприятиям и увеличивать их частные состояния, все равно является грабежом, даже если это делается под видом закона и называется налогооблажением.  Это не законодательство; это декрет, имеющий законодательную форму.  Это также не налогооблажение. . . . [потому что] никакой налог не может быть законным, если он не взимается для общественной цели.  Бывает нелегко провести линию во всех делах так, чтобы решить, что является общественной целью в этом смысле, а что нет. . . .  Но в представленном нам деле, в котором небольшие города берут на себя полномочия предоставлять помощь посредством налогооблажения, нет трудности решить, что это не такая общественная цель, какую мы имеем в виду.  Если можно сказать, что местная общественность какого-то городка получает выгоду от учреждения мануфактур, то можно сказать то же самое про любое другое дело или предприятие, которое использует капитал или нанимает работников.  Купец, механик, трактирщик, банкир, строитель, владелец парохода—все они равным образом являются покровителями общественного блага и равным образом заслуживают помощь граждан посредством принужденных взносов.  Никакая линия не может быть начертана в пользу производителя, которая не открыла бы сундуки общественной казны перед требованиями двух третей бизнесменов города или населенного пункта».[30]
            Позже в своем решении Федеральный аппеляционный суд округа Колумбии  процитировал дело из верховного суда штата Массачусеттс: «Право на налогообложение основано на праве, долге и обязанности поддерживать и выполнять все правительственные функции штата и обеспечивать общее благосостояние.  Чтобы оправдать применение этой силы, необходимо, чтобы затраты, которые штат намеревается покрыть, были направлены на какую-либо общественную службу либо объект, имеющий отношение к общественному благу.  Продвижение интересов отдельных личностей в сфере частной собственности или бизнеса, даже если это может в конечном счете привести к улучшению общественного благосостояния, есть, по сути своей, цель частная, а не общественная.  Каким бы определенным и крупным достигнутое благо ни было для общества, оно, несмотря на свою сравнительную важность, не перестает быть второстепенным.  Второстепенная выгода общества, либо штата, происходящая от продвижения частных интересов и процветания частной инициативы или предприятия, не оправдывает их помощь, оказываемую посредством использования общественных средств, полученных за счет налогообложения или для получения которых налогообложение становится необходимым.  Именно основной характер непосредственной цели затрат должен определять позволительность налога, а не величина затрагиваемых интересов или степень, в которой широкие интересы общества, а тем самым и общественное благосостояние, могут быть положительно задеты в результате их продвижения.  Принцип этого различия фундаментален.  Он лежит в основе всего управления, основанного на разуме, а не на силе».[31]
            На основе этих и других дел аппеляционный суд округа Колумбия пришел к следующему заключению, составляющему легальное правило и служащему основой всего решения: «Власть налогообложения во всех свободных формах управления, подобных нашей, ограничена общественными объектами и правительственными по своей сути целями.  Никакой размер второстепенной общественной пользы или блага не придаст законную силу налогооблажению или аппроприации полученных подобным образом доходов для частной цели».[32]
            Применяя это правило к субсидии для поощрения производства сахара, суд заключил: «Если поощрение производства сахара предоставлением субсидии может быть ради “общего благосостояния Соединенных Штатов”, то трудно представить, почему производителям кукурузы, пшеницы, хлопка, шерсти, угля, железа, серебряной руды и т.д. не платить субсидию также.
            Если Конгрессу передается власть предоставлять субсидии из государственных доходов для поощрения всех благ, которые он считает предметами общего благосостояния, то следует, что это усмотрение, как все признанные полномочия, является абсолютным.  Такая доктрина разрушила бы идею о том, что у нас правительство “делегированных, ограниченных и перечисленных полномочий”, сделала бы излишними все особые постановления о передаче полномочий, находящиеся в конституции, и открывала бы путь к потоку социалистического законодательства, обманчивым предлогом для которого всегда было “общее благосостояние”.  Такой доктрины мы не можем придерживаться».[33]
            Таким образом, суд усмотрел в субсидии социалистический принцип, противный духу и букве американского конституционного права.
IV.
Краткий Обзор Всех 37 Дел
Верховный Суд США
Поллок против Фермерской Компании по ссудам и трестам
            Это довольно известное дело в американской конституционной юриспруденции, потому что именно в этом деле верховный суд США объявил федеральный подоходный налог неконституционным.  В этом деле находились такие фразы, как «справедливые права собственности против надвигающихся орд социализма», [34] «пагубные теории социализма» [35] и «призрак социализма».[36]
Спайз против Иллинойса
            В этом деле верховный суд США утвердил решение верходного суда штата Иллинойс, ранее утвердившего решение суда первой инстанции, присяжные заседатели которого приговорили несколко социалистов к смертной казни за убийство полицейского.[37]  Дело из верховного суда штата Иллинойс более подробно обсуждается ниже.
Пойндекстер против Гринхау
            В этом деле верховный суд США сделал различие между конституционным правлением и абсолютизмом и приравнивал коммунизм к последнему, говоря, что коммунизм является «близнецом» абсолютизма, и что они вместе представляют собой «двойной плод одного и того же зловредного происхождения».[38]
Федеральные Аппеляционные Суды
Соединенные Штаты по просьбе Компании Майлз по насаждению и
производству против Карлайла
            Смотрите Часть III выше.
Федеральные Окружные Суды
Дело Родригеза [39]
            В этом деле из Техаса судья в федеральном окружном суде отказался предоставить гражданство просителью из Германии, потому что проситель верил в социализм и поддерживал принципы социализма.[40]  Одним из требований закона о получении гражданства была «приверженность принципам конституции Соединенных Штатов».[41]  Судья заявил, что «принципы социализма находятся непосредственно в состоянии войны с принципами конституции Соединенных Штатов Америки и антагонистичны этим принципам», и добавил, что социализм «подрывает . . . само организованное общество».[42]
Соединенные Штаты против Томаса
            По форме это дело из Западной Вирджинии очень странное, потому что оно состоит не из решения судьи, а из инструкций судьи присяжным заседателям.  Обвинение было таково: группы молодых ребят в возрасте около двенадцати лет положили какие-то заграждения на рельсах , что было нарушением закона.  Присяжным надо было решить судьбу этих ребят.
            В своих инструкциях, однако, судья обращался ко всем членам местной общественности, скорее чем только к присяжным, и говорил не о том, что эти ребята якобы сделали, а о том, что наверняка взрослые подстрекали их к этим действиям, и что эти действия были связяны с какой-то забастовкой.
            Судья сказал, что «никто, никакая группа людей, никакая коммунистическая организация, не может законно осуществить возмещение вреда, за исключением способа, указанного самим законом».  В противном случае, как судья объяснил, сами основы законов подрываются, а именно эти законы защищают граждан, в том числе и рабочих, в их правах на жизнь, свободу и стремление к счастью.  Он далее говорил, что забастовки против разных предприятий разрушают средства к существованию самих рабочих, и что рабочие не должны полагаться на забастовки, чтобы защищать свои интересы.[43]
Суды Различных Штатов
            Калифорния
Народ против Линча
            В этом деле кратко упомянули о крайней централизации власти как о виде коммунизма и говорили об общем аннулировании законов, как о черте коммунистического правления.[44]
            Колорадо
Дело Моргана
            В этом деле говорили о сторонниках социалистического или «патерналистического» законодательства, которые заявляют, что закон ставит имущество выше человека.  Дальше объяснили, что у имущества нет прав, и что когда закон защищает имущественные права, он на самом деле защищает права людей.[45]
            Иллинойс
Шинц против Народа
            В этом деле находится негативная фраза «мертвое выравнивание коммунизма».[46]  Видимо имеется в виду тенденция коммунизма «выравнивать» людей, то есть довести всех членов общества, во имя равенства, до низкого уровня.
Спайз против Народа
            В этом знаменитом деле, в котором семь социалистов были судимы за убийство полицейского, один присяжный заседатель выразил предрассудок против социалистов.  Адвокат для подсудимых потребовал, чтобы этот присяжный был дисквалифицирован, но суд первой инстанции отказал  адвокату для подсудимых в этом требовании.  В конце процесса присяжные объявили подсудимых виновными и приговорили их к смерти.  Подсудимые подали аппеляцию, а верховный суд Иллинойса утвердил решение суда первой инстанции.  Верховный суд отметил, что предрассудок против социализма—это все равно, что предрассудок против преступности.[47]  Подсудимые подали еще аппеляцию в верховный суд США, который утвердил решение верховного суда штата Иллинойс.[48]
Хики против Железнодорожной Компании Чикаго и Западной Индианы
            Говоря о законе, который позволял бы железнодорожной компании и городу произвольно выбрать место для проложения железной дороги, даже если эта дорога будет пролегать через земли, находящиеся в частной собственности, судьи писали, что если такой закон действителен, «тогда предполагаемая святость права человека на частную собственность в Чикаго является хуже просто пустой абстракции; это обманчивая фальсификация—призыв к коммунизму».[49]
            Индиана
Биб против Штата
            В этом деле есть следующее предложение: «Это общая претензия коммунистов, анти-арендаторов[50] и других изгоев, объявленных вне закона, что общество посягает на их абстрактные и неотъемлемые права; но пока общество не революционизировано и учреждено на другой основе, эти претензии будут отклонены».[51]
            Луизиана
Железнодорожная Компания Орлеана и Джефферсона против
Железнодорожной Компании Джефферсона и Понтчартрейна
            Вот короткий отрывок из этого дела: «Истец . . . ограничился коммунистическим аргументом, что дорожное полотно было проложено там городом Нового Орлеана, и поскольку ответчик ничего не платил за него, оно ничего не стоило, и [поэтому] ответчик ничего не мог бы получить в виде возмещения [за него] . . . .
            Мы утверждаем, что это был неправильный подход к вопросу о стоимости».[52]
Осборн против Халла
            В этом деле написано, что статья 175 в конституции Луизианы защищает класс лиц, которые «занимаются физическим трудом, требующим мало навыков, класс лиц, которые получают лишь маленькую зарплату, которые не имеют никакого другого способа обеспечивать себя, которые невежественны, на которых легко навязывать свою волю, и которые в общем-то не способны защищать свои интересы иначе, как через стачки, беспорядки, и коммунистические организации».[53]
            Мэн
Аллен против Жителей Джея
            В этом деле выражается идея, что правительству нельзя собирать деньги налогообложением для того, чтобы перераспределять их.  Такая практика не только нарушает имущественные права, но также дискриминирует в пользу некоторых граждан за счет всех остальных.  Такая практика—это все равно что «коммунизм начинающийся, если не завершившийся».[54]
            Мичиган
Генеральный Прокурор против Пингри
            Это дело рассматривало конституционность строительства городом системы трамваев.  Суд долго обсуждал историю «работ внутреннего улучшения» в Мичигане и одобрительно цитировал дело Рипп против Бэкера.  В конечном счете, верховный суд Мичигана пришел к заключению, что конституция запрещает штату заниматься таким проектом, и поскольку город является подразделением штата, то городу тоже запрещается предпринять такой проект.[55]
            Миннесота
Рипп против Бэкера
            Смотрите Часть II выше.
            Нью Йорк
Ассосиация «Сан» по печатанию и издательству против
Мэра, Ольдерменов и Общины
[третья (и последняя) инстанция]
            В этом деле суд не мешал постройке железной дороги через город за счет города.  Конституция Нью-Йорка гласила, что город может влезть в долги только ради достижения «городских целей».  Верховный суд Нью-Йорка заключил, что в этом случае железная дорога, проложенная через город, квалифицировалась как городская цель.  Однако суду пришлось защититься от обвинения в том, что его решение является началом социализма и патернализма, и что оно является опасным отклонением от конституции штата и от правильных принципов американской системы правления.  Следовательно, суд и в этом деле никоим образом не одобрял социализма.[56]
Ассосиация «Сан» по печатанию и издательству против
Мэра, Ольдерменов и Общины
[вторая инстанция]
            Первый аппеляционный суд, рассмотревший это дело до того, как оно было рассмотрено верховным судом, пришел к тому же выводу.  Он писал, что действия города не являются «входящим клином социализма».[57]  Так, хотя суд оправдал действия города, он все-таки отозвался негативно насчет социализма.
Бурт против Сообщества Онейды
            Сообщество Онейды было частной ассоциацией, в которой вся собственность была коллективной.  Г-н Бурт подписал контракт с целью вступить в сообщество, согласно которому он отдал сообществу свою собственность и взамен получил все выгоды членства в сообществе.[58]  После примерно пятнадцати лет в сообществе, он покинул его.  Он потом, видимо, передумал и хотел снова стать членом сообщества, но сообщество отказало ему, и он подал иск в суд, чтобы заставить сообщество принять его обратно.
            С первого взгляда это дело кажется исключением из правила, потому что хотя суд описал сообщество как «коммунистеческое», суд не находил в деятельности сообщества никаких нарушений каких-либо законов.  Однако суд не одобрял коммуизм как приемлемую политическую систему, и решение суда объясняется тем, что не было никакого вмешательства  или причастности со стороны правительства.
            Суд рассуждал, что сообщество было лишь частным деловым предприятием по совместному владению собственностью.  Правительство не играло никакой роли в сообществе, и в отношениях сообщества к Г-ну Бурту не было проявлено никакого мошенничества или принуждения.  Более того, сообщество не причиняло ему никакого вреда и не нарушало никаких его прав.  Г-н Бурт добровольно подписал контракт, чтобы стать членом сообщества, и когда он добровольно ушел, никто ему не мешал.[59]
            Таким образом, в этом деле нельзя усмотреть судебное одобрение коммунизма как политической системы; на самом же деле, суд не выражал никакого мнения о коммунизме или социализме.  Несмотря на отсутсвие комментариев со стороны суда по нашей теме, мы все-таки включили дело в статью потому, что на поверхности кажется, что оно одобряет коммунистеческое сообщество.  При более внимательном чтении дела, однако, это не так.
Народ против Бадда
            Это дело рассматривало закон, определявший максимальную цену, которую владелец зернового элеватора мог запросить у пользователей элеватора.  Большинство судей в этом деле решили, что такой закон не нарушает федеральную конституцию, потому что владелец элеватора практически имел монополию, и в силу этой фактической монополии, его элеватор затрагивал общественный интерес.  Решение большинства не выражало никакого мнения о коммунизме или о социализме.[60]
            Однако, двое судей не согласились с большинством и написали отдельные мнения по этому делу.  Один из них, Судья Грей, спросил: «Если дверь открывается для такого рода законодательства, то какая защита есть у нас против социалистических законов?»  Он выразил опасение, что законодательный орган в будущем будет вмешиваться все больше и больше в частные предприятия.[61]
            Другой несогласный судья, Судья Пекам, писал: «Рассматриваемое законодательство не только вредное по своей сути, коммунистическое в намерениях, и, по моему мнению, полностью неспособное в конечном счете привести к ожидаемому результату, но . . . является нелегальной попыткой вмешательства в законную привилегию индивида искать и получить подобную компенсацию, соответствующую степени использования его частной собственности, когда он не просит и не получает от суверенного органа власти какого-либо особого права или неприкосновенности, не данного и не обладаемого всеми другими гражданами, и где он не посвятил свою собственность какой-либо общественной цели, в рамках толкования закона».[62]
Гордон против Стронга
            В этом деле законодательный орган штата Нью-Йорк дал корпорации лицензию построить мост через Восточную Реку (the East River”).  Три года спустя этот мост пока еще не был построен.  Между тем, законодательный орган уполномочил комиссию выкупить ту же самую лицензию за двести тысяч долларов.  Один налогоплательщик подал иск в суд, утверждая, что такая сделка является нелегальной тратой общественных средств.
            Суд согласился и приравнял «получение незаработанных денег от общественности посредством государственных лицензий» к форме социализма, который приносит пользу меньшинству за счет большинства.[63]
Департамент Здравоохранения города Нью Йорк  против
Ректора Церкви Троицы
            Это дело рассмотрело конституционность законодательного акта от 1882 г., требовавшего, чтобы владельцы многоквартирных жилых домов обеспечили источник воды на каждом этаже этих домов.  Ответчик показал, что исполнить это требование стоило бы ему сто долларов за каждый дом.  Суд аннулировал закон, рассуждая, что он являет собой изъятие частной собственности без предоставления компенсации владельцу и поэтому является злоупотрелбением суверенным правом государства отчуждать частную собственность.[64]
            Суд выразил следующие мысли по американской форме правления: «Заключение, к которому нас приводит правовой аргумент, еще более убедительно из-за своего соответствия духу наших институтов и своей тенденции укрепить гарантию собственности, в отношении чего противное заключение было бы попросту разрушительно.  Постулат, на основе которого развивается рассматриваемый закон, состоит в обязанности правительства осуществлять излишне мелочный протекторат своего народа; тогда как отличительной чертой американской республики является то, что она максимально ограничивает деятельность правительства и полагается на разум и усилия индивидов в деле развития свободной и продуктивной цивилизации.  Заключение, противное настоящему решению, касалось бы основопологающего принципа того рода социализма, под действием которого индивид исчезает и поглащается коллективом под названием “государство”—кой принцип в высшей степени противоречит духу нашей политической системы и губителен по отношению к нашей форме свободы».[65]
            Огайо
Обрайен против Города Кливленд
            В этом деле было написано, что сопротивление силе закона и власти суда является «коммунискической доктриной».[66]
            Пенсильвания
Эванс против Компании «Ридинг» по производству химикатов и удобрения
            Верховный суд Пенсильвании писал в этом деле, что общественная полезность сама по себе не оправдывает нарушения частных прав, и что социализм «не находит никакого одобрения в конституции, законах или судебных решениях этого штата».[67]
Фокс против Борки
            Это дело упомянуло о «коммунистическом принципе, что так как кто-то получил ущерб, кто-то другой, виновен или нет, должен его возместить».[68]
Аппеляция Хартранфта
            Один судья, несогласившийся с большинством, писал отдельное мнение, в котором упомянул о «самом гнусном коммунизме Парижа».[69]
Аппеляция Вудса
            Это дело просто перечислило разные примеры «агитации», и коммунизм был одним из них.[70]
Эванс против Клуба Филадельфии;
Дело Благотворительной Ассоциации Мясников
            Эти два дела затрагивали интересы частных ассоциаций, желавших получить неограниченное право исключать своих членов несмотря на индивидуальные права, проистекающих из членства в ассоциации.  Эти дела сравнивали такую власть с социализмом и изображали социализм как систему, в которой индивид, со всеми его легальными правами, поглощается в социалистическом коллективе.  В обоих делах верховный суд Пенсильвании отказал ассоциациям в такой власти над их индивидуальными членами.[71]
Штат по просьбе Томаса против Членов Комиссии графства Аллегени
            Суд в этом деле описывал социализм как деспотизм интеллектуаллов, чьи абстрактные научные теории противоречат конкретным реальностям социальной и политической жизни.  «И каролинская Конституция Локка, и французские конституции Революции, и различные системы социализма, были результатом этих научных принципов, и они погибли, как только они были применены к жизни народа.  И Республика Платона, и Утопия Мора, и Осеана Харрингтона, никогда не удостаивались испытания.
            Научная теория, которая вводила бы в должность только людей так называемой науки и давала бы им всю власть, является самой рабской, ибо она ничего не оставляла бы свободному и спонтанному росту человека.  Люди науки, которые нам нужны для таких дел—это честные и великодушные люди, не живущие теориями и абстракциями, а имеющие серьезное и разумное понимание действительной жизни народа с его нуждами, пожеланиями и верой, и умеющие помогать народу в его социальных стремлениях.  Нам нужны люди со знанием—не столько о том, каковой человеческая натура должна быть и будет, сколько о том, каковой она является сейчас, чтобы указывать нам нашу обязанность в настоящее время».[72]
Грин против Робертса
            В этом деле судья упомянул о простом легальном принципе и добавил, что «это элементарный принцип, с которым знаком даже социалист».[73]  Хотя судья не объяснил, что именно он имел в виду этим высказыванием, нам кажется, что судья подразумевал, что социалисты несклонны следовать принципам закона, или по крайней мере, они либо не уважают, либо плохо знают законы.  Другими словами, судья сказал, что легальный принцип, о котором шла речь, так прост, очевиден и общепринят, что даже социалист знал бы о нем.  В любом случае, высказывание судьи отражает негативное представление о социалистах.
             Род-Айленд
Железнодорожная Корпорация Бостона и Провиденса против
Железнодорожной Компании Нью-Йорка и Новой Англии
            В этом деле один судья, несогласившийся с большинством и написавший отдельное мнение, высказал идею, что приношение в жертву индивидуальных прав ради очень незначительной общественной выгоды представляет собой коммунизм.[74]
            Техас
Трейвик против Харриса
            Это дело просто использовало слово «социализм» как один из нескольких примеров политического экстремизма, который появляется, когда законы не защищают должников в их невзгодах.[75]
Андерсон против Штата
            В этом деле судья писал, что нельзя использовать криминальные законы для того, чтобы принуждать всех людей надзирать над всеми другими людьми и над всеми вещами, потому что это «разрушило бы разделение труда и ответственности, которое одно позволяет вести бизнес безопасно, и учредило бы промышленный коммунизм, под которым частное предпринимательство и частная осторожность уничтожились бы.  Ничто не может эффективно охраняться, если все должно быть охраняемо всеми».[76]
            Висконсин
Маллори против Компании «Ла Кросс Абатуар»
            Это дело относилось к соглашению между контрактором, владельцем и субконтрагентом, а также к законодательству, касающемуся таких контрактов.  Один судья, отклоняясь от решения большинства, написал отдельное мнение.  Он писал, что законодательство «уполномочивает контрактора, после составления контракта, делать то, что законодательный орган не может делать сам, то есть изменить условия контракта без согласия владельца, и тем самым ослабить контрактные обязательства.
            Такое законодательство является недавним изобретением.  Оно, кажется, принадлежит к той категории, о которой думал Герберт Спенсер, когда он сказал в недавнем интервью: «С тех пор, как я начал писать, происходит явная реакция против индивидуальной свободы.  Мы непременно склоняемся к государственному социализму, который будет гораздо худшей формой тирании, чем тирания любого правительства, ныне признанного в цивилизации».  Если у нас нет никаких конституционных барьеров против такого законодательства, то мнение Г-на Спенсера, что такая реакция и склонность подвергают опасности и американские штаты, и европейские государства, видимо опирается на твердое основание, и не является всего лишь догадками, как можно было бы иначе предположить».[77]
Генеральный Прокурор против
Чикагской и Северо-Западной Железнодорожной Компании
            В этом деле судьи писали: «Мы благодарим Бога за то, что коммунизм—это иноземная мерзость, не пользующаяся здесь ни признанием, ни сочувствием.  Люди Висконсина слишком разумны, слишком уравновешены, слишком справедливы, слишком заняты, слишком процветающи для подобной ужасной доктрины, для какой бы там ни было склонности к конфискации или коммунизму».[78]
V.
Заключение
            У каждого народа есть своя психология и свои мировоззрения, проистекающие из многих разных факторов и влияний.  В данном случае менталитет американских законоведов девятнадцатого века по отношению к социализму и коммунизму являлся результатом американского конституцонализма и долгой традиции частной собственности и индивидуальных прав, уходящей своими корнями в историю и политическую культуру Англии.
            Все же поражает то, что нет ни одного американского судебного решения в девятнадцатом веке, которое хотя бы теоретически видело бы в коммунизме или социализме приемлемую политическую систему под американской конституцией.  Пожалуй, это не так удивительно сегодня, но надо помнить, что эти решения были написаны до появления большевиков (т.е. коммунистов или, можно сказать, интернациональных социалистов), до красного террора, до движения нацистов (национальных социалистов) в Германии, до холодной войны, до того, как вообще появилась Коммунистическая партия с большой буквой «К».  Эти решения были написаны в такое время, когда социализм и комминизм были лишь абстрактными, якобы безобидными, довольно новыми и неиспытанными политическими теориями.
            Тем не менее, американские судьи в девятнадцатом веке видели в социализме и коммунизме смертельную опасность, серьезную угрозу американским свободам и американскому образу жизни.  Следовательно, эти судьи использовали свою юридическую власть, чтобы как можно больше предотвратить любые вторжения этих философий в американскую легальную систему или политическую жизнь страны.
            Понадобились Великая Депрессия 1930-х годов и сильное политическое сопротивление против Верховного Суда США со стороны Президента Рузвельта и Конгресса, чтобы начать ослаблять юридическую защиту имущественных прав и экономических свобод индивида в пользу «общественного блага».
            Но в девятнадцатом веке экономический либерализм все еще царил.  Решения американских судей не оставляют никаких сомнений в том, что в американской юриспруденции девятнадцатого века, социализм и коммунизм были встречены крайне враждебно, и чаще всего были категорически отвергнуты.



[1] См. Forrest McDonald, Novus Ordo Seclorum: The Intellectual Origins of the Constitution (Lawrence, Kansas: The University Press of Kansas, 1985), pp. 1–4.
[2] См. также Нерсесянц В.С.  Философия права.  Москва, 2005.  С. 113–115.  Нерсесянц пишет о социализме и коммунизме как об отрицании частной собственности.
[3] Дела судов первой инстанции обычно не публикуются, потому что они не имеют обязательную силу прецедента.  Другими словами, другим судам не надо следовать этим решениям.  Аппеляционные решения, однако, обязывают все суды в юрисдикции аппеляционного суда, и поэтому они и являются гораздо более авторитетными, и лучше отражают настоящее состояние закона.
[4] Rippe v. Becker, 57 N.W. 331, 332–33 (Minn. 1894).
[5] В деле не сказано, кем именно был Генри Рипп.  Пожалуй, он был потенциальным конкурентом элеватора и склада.  Одного из членов комиссии звали Джордж Л. Бэкер, отсюда и название дела.  [прим. автора в 2017 г.—Недавно узнал, что Генри Рипп был бизнесменом, который торговал зерном.]
[6] Там же на стр. 331.
[7] Там же.  Термины «работы внутреннего улучшения» (“works of internal improvement”), «общественные улучшения» (“public improvements”) и «общественные работы» (“public works”) обозначают то же самое.  Смотрите стр. 335 (где эти термины определяются как синонимы).
[8] Там же на стр. 331.
[9] Там же на стр. 333.
[10] Там же.
[11] Там же.
[12] Там же.  Значение этой латинской фразы таково: «Используй свою собственность так, чтобы не вредить собственности другого».
[13] Там же, на стр. 333–34.
[14] Там же, на стр. 334.
[15] Там же.
[16] Там же.
[17] Там же.
[18] Там же.
[19] Там же.
[20] Там же, на стр. 334.
[21] Там же.
[22] Там же.
[23] Там же, на стр. 335.
[24] Там же.
[25] Там же, на стр. 331 и 336.
[26] Там же, на стр. 335.
[27] Там же.
[28] Там же, на стр. 335–36.
[29] Там же, на стр. 336.
[30] United States ex rel. The Miles Planting and Manufacturing Company v. Carlisle, 5 App. D.C. 138, 149–50 (D.C. Cir. 1895) (цитируя Loan Ass’n v. Topeka, 87 U.S. 655, 662–665 (1875)).  В этом деле из верховного суда США, приведенном аппеляционным судом округа Колумбии, законодательный орган штата Канзаса уполномочил города использовать налогообложения, чтобы помогать частным предприятиям.  Верховный суд США объявил этот закон неконституционным.
[31] Carlisle, 5 App. D.C. at 152–53 (цитируя Lowell v. Boston, 111 Mass. 454, 460–61 (Mass. 1873).
[32] Carlisle, 5 App. D.C. at 158.
[33] Там же, на стр. 159.
[34] Pollock v. Farmers’ Loan & Trust Co., 158 U.S. 601, 674 (1895).
[35] Там же, на стр. 675.
[36] Там же, на стр. 695.  Позже америкаснкий народ поправил федеральное конституцию, чтобы федеральное правительство могло собирать налоги с доходов: шестнадцатая поправка федеральной конституции была ратифицирована 13 февраля 1913.
[37] Spies v. Illinois, 123 U.S. 131 (1887).
[38] Poindexter v. Greenhow, 114 U.S. 270, 291 (1885).
[39] Это дело на самом деле является двумя делами, потому что в этом деле было два просителя, и прошение каждого рассматривалось отдельно.  Один проситель был из Мексики, у него была фамилия Родригез; другой проситель был из Германии, у него была фамилия Саур.  В этой статье мы приводим дело Саура.
[40] In re Rodriguez, 81 F. 337, 355–56 (W.D. Tex. 1897).
[41] Там же, на стр. 355.
[42] Там же, на стр. 356.
[43] United States v. Thomas, 55 F. 380, 380–81 (D. W.V. 1893).
[44] People v. Lynch, 51 Cal. 15, 34 (Cal. 1875).
[45] In re Morgan, 58 P. 1071, 1073 (Colo. 1899).
[46] Schintz v. People, 52 N.E. 903, 906 (Ill. 1899).
[47] Spies v. People, 12 N.E. 865, 992 (Ill. 1887).
[48] Spies v. People, 123 U.S. 131 (1887).
[49] Hickey v. Chicago & W. I. R. Co., 6 Ill. App. 172, 180 (Ill. Ct. App. 1880).
[50] В английском оригинале используется термин “anti-renters”.  Так называемое «анти-арендаторское движение» в первой половине 19-ого века в США относилось к фермерам в Нью Йорке, которые насильственно восстали против системы, по которой они платили арендную плату за землю.
[51] Beebe v. State, 6 Ind. 501, 548 (Ind. 1855).
[52] Orleans and Jefferson Ry. Co., Ltd. v. The Jefferson and Lake Pontchartrain Ry. Co., 26 So. 278, 281 (La. 1899).
[53] Osborn v. Hall, 1 Gunby 30, 31 (La. Ct. App. 1885).
[54] Allen et. al. v. Inhabitants of Jay, 60 Me. 124, 132–33 (Me. 1872).
[55] Смотрите Attorney Gen. v. Pingree, 79 N.W. 814 (Mich. 1899).
[56] Sun Printing & Publ’g Ass’n v. City of New York, 46 N.E. 499, 499–500 (N.Y. 1897).
[57] Sun Printing & Publ’g Ass’n v. City of New York, 8 A.D. 230, 241, 40 N.Y.S. 607 (N.Y. App. Div. 1896).
[58] Например, ассоциация оплатила его образование в Йельском университете.
[59] Burt v. The Oneida Community Ltd., 33 N.E. 307, 307–08 (N.Y. 1893).
[60] People v. Budd, 117 N.Y. 1, 4–29 (N.Y. 1889).
[61] Там же, на стр. 33.
[62] Там же, на стр. 71.
[63] Gordon v. Strong, 38 N.Y.S. 449 (N.Y. Spec. Term 1896).
[64] Health Dep’t of City of New York v. Rector of Trinity Church, 17 N.Y.S. 510 (N.Y. Ct. Com. Pl. 1892).
[65] Там же.
[66] O’Brien v. City of Cleveland, 4 Ohio Dec. Reprint 189 (Ohio 1878).
[67] Evans v. Reading Chemical & Fertilizing Co., 160 Pa. 209 (Pa. 1894).
[68] Fox v. Borkey, 17 A. 604, 604 (Pa. 1889).
[69] Appeal of Hartranft, 85 Pa. 433, 461 (Pa. 1878).
[70] Woods’s Appeal, 75 Pa. 59, 74 (Pa. 1874).
[71] Evans v. Philadelphia Club, 50 Pa. 107 (Pa. 1865); In re The Butchers’ Beneficial Ass’n, 35 Pa. 151 (Pa. 1860).
[72] Commonwealth ex. rel. Thomas v. Comm’rs of Allegheny County, 32 Pa. 218 (Pa. 1858) (курсив в оригинале).
[73] Green v. Roberts, 5 Whart. 84, 87 (Pa. 1840).  Это самое раннее дело, которое мы нашли.
[74] Boston and Providence R.R. Corp. v. New York and New England R.R. Co., 13 R.I. 260, 285 (R.I. 1881).
[75] Trawick v. Harris, 8 Tex. 312 (Tex. 1852).
[76] Anderson v. State, 11 S.W. 33, 34 (Tex. Crim. App. 1889).
[77] Mallory v. La Crosse Abattoir Co., 49 N.W. 1071, 1075 (Wis. 1891).
[78] Attorney Gen. v. The Chicago and Nw. Ry. Co., 35 Wis. 425, 580 (Wis. 1874).